6. И ПРЕЗИДЕНТ МОЛВИЛ:
«НАДО ПОСОВЕТОВАТЬСЯ
С ТАБАЧНИКОМ»

Новый виток проблем и проблемок подбросила нам администрация Президента в связи с подготовкой к торжественному собранию по случаю празднования Дня независимости. Вначале утрясался вопрос, кому же быть докладчиком. Часто - то из окружения Президента, то из окружения Головы Верховной Рады - мне звонили и говорили, что именно их шеф выступит с докладом.

Я и уточняю:

- Уважаемые, на собрании не может быть два докладчика. Вы как-то меж-ду собой определитесь, чтобы не ставить и себя, и нас в неловкое положение.

Но вот я стал свидетелем телефонного разговора Александра Александровича Мороза с Президентом. Я как раз был на проводе, когда Александр Александрович снял трубку прямого телефона:

- Леонид Данилович, давайте определимся, кто будет выступать с докладом. Наверное, это все же должен быть Голова Верховной Рады. Потому что мы же принимали Акт о независимости, нам вроде бы с руки это делать... Тем более, сразу после выборов. Думаю, Вы не будете возражать, если я сделаю доклад...

Президент согласился. И только после этого вопрос был снят. Но тут возник другой. Например, кого и где рассаживать в президиуме. Новая администрация ситуацией не владела. Те же, кто занимался этим, уже ушли с Банковой.

А дело, а общем-то, непростое. Хотя, на первый взгляд, ничего мудреного нет. Подумаешь, ну, зашел и расселся президиум, началось собрание - и все пошло само собой... Но это - лишь для непосвященных... Тут ведь - десятки нюансов. Раньше в партийных органах были люди, которые на таком деле, как говорится, зубы съели. Тут - целая «школа». Нужно, во-первых, всех правильно рассадить, в зависимости от того, сколько человек в президиуме. Если, условно, 90, то это 3 ряда, ежели 60 - то лишь 2. Сама «рассадка» определяет статус человека, его влияние и значение... Журналисты, которые внимательно смотрят, кто и где сидит, делают выводы: в опале человек или нет, близок он к «самому-самому» или не очень...

В президиуме, как правило, представлены люди разных категорий - руководители, представители научной и творческой интеллигенции и т. д. Раньше было принято, чтобы там были знатные люди, известные рабочие, ученые, писатели, деятели искусства, ветераны войны и труда, представители молодежи. На этот раз мы старались сформировать президиум наиболее демократично, в составе его как раз были известные труженики, деятели науки, культуры, искусства. Разумеется, и руководители - тоже...

И вот у нас начались первые стычки с новой администрацией. Известный аппаратчик Яцуба, который приехал тогда из Днепропетровска и начал работать заместителем руководителя управления территорий, получил от Табачника «целевую задачу» и буквально не давал нам покоя. Требовал, чтобы мы ему немедленно дали список президиума. Очень волновался, где будут сидеть Табачник и Пустовойтенко, требовал включить определенных людей, которых мы считали нецелесообразным и даже невозможным вводить в состав президиума. Он буквально совал свой нос везде, куда только можно. В конце концов, мы ему сказали: «Если Вы хотите сорвать собрание, то, пожалуйста, срывайте, мы Вам отдадим президиум. Если же Вы хотите научиться, как это делается, то лучше смотрите и не мешайте».

Но в администрации все не могли успокоиться. Видя, что затеяна большая возня с президиумом, я сделал очень просто: позвонил Президенту. Сказал ему, что возникли неотложные вопросы, я тут не могу договориться с его людьми, просьба принять меня. «Хорошо, подъезжай», - согласился Леонид Данилович.

Я приехал буквально через 10 минут. В приемной- Яцуба и еще кое-кто. Как оказалось, Президент передал в приемную, что пока не переговорит с мэром, никого принимать не будет...

Зашел к нему. Рассказал о ситуации, о том, что возникли спорные вопросы.

- А что там за вопросы? - поинтересовался Леонид Данилович.

- Где кого рассаживать... - и показал ему наш вариант.

Он вроде бы со всем согласился. Только уточнил, где место первого заместителя Головы Верховной Рады.

- Наверное, в первом ряду, - ответил я.

- Да ты что, ты же понимаешь, что этого делать нельзя, после всех этих публикаций - нас не поймут.

Я настоял на своем. Он нехотя согласился.

- Ну а приглашать или не приглашать председателей комиссий - членов Президиума Верховной Рады? - спросил Президент.

- Их нужно пригласить, все-таки - День независимости.

Президент о чем-то подумал еще и задал вопрос:

- А где будет сидеть Табачник?

- Во втором ряду, сразу же за Вами.

Леонид Данилович прошелся взглядом по схеме размещения президиума и удивился:

- А почему Табачник здесь, во втором ряду?

- Как - почему? На этом месте раньше всегда сидел Хоменко, секретарь администрации Президента. Хоменко за Президентом, а министр Кабинета Министров - тот всегда сидел за премьером. Ну, мало ли какие рабочие моменты могут возникнуть... Нужно, например, что-то уточнить в документах, обменяться мнениями, бывают какие-то «нестандартные» ситуации... Чтобы не бегать по президиуму, удобнее всего быть сзади, во втором ряду.

И тогда мне было заявлено:

- Ты же понимаешь, Хоменко был секретарем администрации Президента, а у нас теперь - не секретарь, а глава администрации. Это совсем другой статус. Поэтому тут нужно подумать.

Я и говорю:

- Ну, Вы тогда решайте и скажете мне.

- Хорошо, - ответил Президент. - Я буду обедать и посоветуюсь с Табачником.

Хотя эта фраза и резанула слух, я сказал:

- Хорошо. Как решите, так и будет. Пускай только мне кто-то позвонит.

- Договорились.

Через какое-то время звонит мне Д. Табачник:

- Мы посоветовались. В первом ряду!..

И называет мне конкретное место.

В те минуты я понял: началась новая «эра»... Если Президент советуется с Табачником, какое место ему, Табачнику, занимать в президиуме, то тут, собственно говоря, все уже ясно. Ибо как ни крути, а речь идет всего лишь о главе администрации, или, другими словами, о начальнике канцелярии.

Тогда же, во время подготовки к собранию, возникла еще одна возня - уже вокруг Л. М. Кравчука. Звонили его помощники, спрашивали, где ему сидеть. Мы, как и положено, отвели место в первом ряду в президиуме. Все ясно: первый Президент. Однако тут уже после нашего разговора с Президентом вмешался Табачник: «Мы еще должны посоветоваться по этому вопросу». Каждые пять минут наши товарищи звонили либо Яцубе, либо Табачнику и просили: решайте по Кравчуку, время летит, нужно давать пригласительные...

Но так уклонялись от окончательного ответа. Как мы поняли, все шло к тому, чтобы Кравчука не было в президиуме. Что-то опять закручивал Табачник. Все затянулось до последней минуты... Мы уже были во Дворце «Украина» до начала собрания оставались какие-нибудь 20-25 минут. А с Кравчуком не ясно... Прибыл Президент. Я тотчас же подошел к нему и говорю:

- Знаете, Леонид Данилович, тут какая-то совершенно дурацкая ситуация создалась вокруг Леонида Макаровича. Думаю, неправильно, если его не будет в президиуме.

Приехавший с ним Табачник стоял рядом, смотрел в сторону и делал вид, что он к этому не имеет никакого отношения и впервые об этом слышит. В этом был весь Табачник.

Надо отдать должное Леониду Даниловичу, он сразу же распорядился пригласить своего предшественника в президиум. Правда, отвели ему место чуть дальше... Табачника. Появился в президиуме и господин Горбулин. Раньше секретарь Совета безопасности там не сидел. Появились и многие другие люди, которые прежде не сидели не то что в президиуме, но даже в 17 «элитном» ряду. Там при прежнем строе располагались во время концертов члены Политбюро...

Для меня становилось совершенно понятным, что меняются приоритеты, по-другому расставляются акценты. Начинается «новая эпоха», в которой практически руководство перебрали на себя люди, находившиеся во втором-третьем «эшелонах», не выходившие раньше «на свет». А тут они уже вырвались на передовую линию, открыто заявили о том, что имеют претензии напрямую управлять многими процессами в стране. Они занимали те места, которые, по большому счету, им не принадлежали. Никто им таких полномочий не давал, они сами взяли себе эти полномочия. Конечно, при одобрении «самого-самого»...

Таковы были наши первые контакты с новыми людьми на Банковой. Конечно, уже тогда я увидел. что в кругу аппарата, в кругу окружения Президента у нас нет и, очевидно, не будет доброжелателей, нет и не будет поддержки. На протяжении 1994-1996 годов они накапливали силы, наращивали мускулы. Тогда, в 1994-м, у них было желание свергнуть и растоптать меня, но они ведь не дураки и хорошо понимали: их время еще не пришло. В тот период председатель Киевсовета был достаточно сильной фигурой, которая оказалась не «по зубам» ретивым хлопцам из команды Кучмы. Но они поставили цель: создавать определенную атмосферу и шаг за шагом делать все, что в их силах, не просто для укрощения мэра столицы, а для его уничтожения как политической фигуры. Как создавалась такая атмосфера? Да очень просто: методом ежедневных нашептываний, методом подбрасывания заказных публикаций в прессе, методом давления на «болевые точки» главы государства - самолюбие, определенную мнительность, подозрительность.

Я далек от мысли, чтобы валить все грехи на одного Леонида Даниловича. Ведь все мы - не без слабостей, не без ошибок. А тут еще - соответствующий фон... Если тебе каждый день жужжат на уши, «подбрасывают» всякую всячину типа: «вот он там уже рвется в Президенты», «он опережает Вас по популярности», «он много выступает в прессе, по радио и телевидению», «он уже флажок себе на машину подцепил», «он вслед за Вами корзину вторую выносит на сцену- в знак благодарности артистам»; если каждый день повторяют вот такие «пассажи», то разве обычный человек в ранге Президента останется безучастным к этой словесной «агрессии»?.. Если такая атмосфера создается постоянно, то она, безусловно, не может не отразиться на характере и стиле поведения конкретного человека, облеченного огромной властью.

Окружение изо дня в день назойливо внушало одну и ту же мысль: нам, дескать, в Киеве нужна другая власть, более послушная, более удобная для нас. В президентской свите выделялось несколько ключевых людей, которые создавали вокруг меня атмосферу неприязни, недоброжелательности. Но главную скрипку, безусловно, играл тот же Табачник. Человек, сделавший диссертацию на исследовании тоталитарных режимов, он многое вынес оттуда: и методы интриганства, и приемы такой вот иезуитской политики. Он все это очень хорошо усвоил. Я. понял, что он без этого жить уже не может, для него главное - интриги, сталкивание людей, сталкивание интересов. Дима никогда не мог терпеть, если, кроме него, еще кто-нибудь имел доступ к Президенту. Иногда возникали любопытные ситуации... Как-то я был у Президента, мы беседовали, и вдруг, без всякого приглашения, в кабинет заходит Табачник, садится под видом того, что вроде хотел о чем-то спросить... Он для повода мог придумать, что угодно, любую чепуху, вроде такой: у него, мол, лампочка на телефоне горела, так он хотел бы уточнить, не звонил ли ему Леонид Данилович... И так далее, и тому подобное. Судя по всему, его интересовало главное: о чем же здесь говорят без него?.. Ну, и почему вдруг я попал сюда без его ведома или без его санкции. Потому что был период, когда к Президенту никто без него зайти не мог. Табачник упивался той властью, которая неожиданно свалилась на него с избранием Л. Д. Кучмы Президентом Украины. В нашей киевской ситуации он оказался одним из ведущих дирижеров по части интриг и всех этих закулисных маневров.

Но были и другие. Тот же Яцуба. Я его знаю, так сказать, в нескольких периодах, и в каждом таком периоде он был совершенно другим человеком... Приспособляемость этого «прежнего» аппаратчика просто поразительна, она особенно проявилась в последние годы - годы президентства Л. Д. Кучмы. Яцуба сыграл одну из ведущих ролей в «киевском перевороте», но о нем я еще расскажу... Еще один «ключевой игрок» команды Президента - господин Волков - тоже немало покорпел на поприще заговора против избранной киевлянами власти.

Сего господина я знал еще до его появления в свите Президента. Кстати, в телеинтервью журналисту ТРК «Киев», которое транслировалось 7 апреля 1996 года, то есть сразу после «разноса» у Президента, я открыто заявил: «Я думаю, что наиболее одиозной фигурой сегодня в окружении нашего Президента является его помощник Александр Волков, который был инициатором и, как говорят, главным организатором этой встречи (то есть встречи у Президента 5 апреля 1996 года. - Л. К.) и такого сценария. Я хорошо знаю его, он имеет, скажем так, не лучшую репутацию даже среди своих бывших коллег в Киеве. И, зная его и по этой работе, мы видим, что он отстаивает не государственные интересы, а личные интересы, или занимается лоббированием интересов определенных коммерческих структур. Я считаю, что его деятельность сегодня - угроза не только для Президента, но и для государства в целом».

Это телеинтервью было почти полностью опубликовано в молодой газете «Хрещата долина», которая отвела ему целую полосу. Материал должен был появиться 13 апреля 1996 года в 16-м номере этой весьма смелой и интересной газеты, но, по нашей просьбе, редакция временно сняла материал с номера, ибо не хотелось дальше накалять и без того напряженную ситуацию, которая возникла к тому времени между некоторыми известными фигурами в центральных органах власти и Киевской городской госадминистрацией. Тем более, что приступала к работе по изучению практики деятельности столичной власти комиссия Кабинета Министров. Мы считали, что лишние эмоции, нагнетание страстей могли помешать спокойному, взвешенному, объективному рассмотрению комиссией состояния дел в столице. К чести редакции «Хрещатої долини», она прислушалась к нашим веским доводам и до поры - до времени не давала набранную уже полосу. Но когда окончательно стало известно, что основной целью чиновничьего нашествия на столичную власть, избранную киевлянами, стало укрощение строптивых, «Хрещата долина» выполнила свой профессиональный долг и опубликовала в 21-м номере, 18 мая 1996 года «опасную полосу» - о генеральном «крестовом походе» на мэрию и мэра столицы, инициированном собственными прихотями и амбициями некоторых влиятельных лиц на Печерском холме. Эта, а также целый ряд других честных, правдивых публикаций «Хрещатої долини», которая отстаивала интересы столицы и показывала людям истинное лицо временщиков на политическом Олимпе Украины, стоило ей самого дорогого - вскоре власть имущие «прихлопнули» юную, перспективную газету, оставили ее работников без средств к существованию, более того, к редакции был применен весь арсенал репрессивных мер - преследований, включая приостановку набранного уже 24-го номера газеты, блокировку расчетного счета, постоянные контролерские десанты - проверки и т. д., и т. п. В результате выход газеты был прекращен, ее, по существу, растоптали.

Возвратимся, однако, к одному из персонажей, который играл далеко не второстепенную роль в наших событиях, - к тому же А. Волкову. Именно он рьяно нагнетал во властных кабинетах и коридорах атмосферу неприязни и, если на то, открытой вражды по отношению к нам. То, что я назвал господина Волкова в телеинтервью, текст которого воспроизвела и «Хрещата долина», влекло за собой не только неприятности для меня, но и определенную опасность. Чему-чему, а искусству расправляться с неугодными у нас в Украине хорошо научились. Я знал это, но надо было начинать говорить людям правду. И я начал говорить ее.

У меня с А. Волковым было несколько конфликтов еще до того, как он стал помощником президента. Наши отношения имеют, так сказать, определенную «историю». Первая стычка с Волковым произошла у меня в 1992 году, еще тогда, когда я работал представителем Президента в Печерском районе. В то время одна из коммерческих фирм незаконно овладела частью помещения известного в столице магазина «Юный техник» на бульваре Леси Украинки. Оказалось, что Волков, используя свои тесные контакты с тогдашним руководством городской госадминистрации, пытался любой ценой «выбить» это помещение для данной фирмы. Мы действовали четко и решительно, в конце концов выиграли арбитражный судебный процесс и выселили «захватчиков» из незаконно занимаемых ими помещений. Разумеется, этой категорией людей такие моменты не прощаются, их припоминают и через много лет.

Второй инцидент произошел в марте 1994 года. Ему, Волкову, как президенту фирмы «ВГВ» представитель государственного архитектурно-строительного контроля города Киева 21 марта 1994 года вручил предписание, где было указано, что реконструкция первого и второго этажей дома по улице Михайловской, 6, ведется с нарушением проекта и без оформления разрешения на право выполнения работ, в связи с чем предлагалось приостановить работы по фасадной части дома. Так появилась еще одна обида на меня. Хотя... Используя связи, Волков добился своего. Там, в том помещении, он сделал магазин. Все было устроено таким образом: домом владел институт социологии (ему это здание было передано фондом коммунального имущества города), а уже потом институт передал часть своих помещений на условиях субаренды коммерческой фирме, где делами заправлял господин Волков.

Так вот, до появления в команде Кучмы этот господин жил весьма безбедно, сбивал свой капитал. И затем, в ранге помощника Президента, он предстал в одной из телепередач перед всей Украиной как этакий богатенький мужичок-купчишка, который все, мол, уже имеет и ему ничего от власти не надо, он, мол, не будет грести под себя... Известная тактика людей такого пошиба.

Он, конечно, будучи теперь под могущественным крылом своего патрона, сводил свои счеты со мной, раскручивая операцию по устранению от должности председателя Киевсовета.

Свою роль как «серый кардинал» сыграл в киевских событиях, безусловно, ближайший сподвижник Л. Д. Кучмы - господин Горбулин. Я назвал нескольких главных действующих лиц из администрации Президента. О каждом из них можно было бы рассказать немало, ибо эти, в общем-то неглупые люди, во многом определяли стиль и методы государственного управления в Украине. И все-таки, видимо, им суждено будет остаться одиозными деятелями «кучмовского» периода... История все рассудит, все расставит по своим местам.

Я не случайно столько внимания уделил администрации Президента. Была создана мощная надстройка, что-то вроде аппарата бывшего ЦК, призванная держать в послушании всю страну, тасующая, как колоду, кадры, несущая заряд постоянного противостояния в обществе: Президента - с Верховной Радой, всей системы исполнительской власти - с системой народовластия. Табачник и иже с ним то и дело затевали розни, интриги, «кабинетные войны», которые приносили Украине и ее столице немало бед.

Но члены «команды Президента» обосновались не только в администрации на Банковой. Они внедрились и в кабинеты на Грушевского, в Кабмин, и стали еще одной ощутимой опорной силой в вечной борьбе Л. Д. Кучмы за всю полноту власти в нашей молодой стране. Именно Кабмин и оказался тем плацдармом, откуда Кучма и его подручные обрушили главный удар на столичную власть, дабы напрямую поруководить столицей, прибрать к рукам все то, чем богат Киев... А кнопки в Кабмине нажимал человек, которому затем была заказана роль очередного премьера очередного правительства...

 

©Л.Г.Косаківський. Всі права захищені. Передрук матеріалів, розміщених на сайті, дозволяється лише за наявності посилання. 

Создать бесплатный сайт с uCoz